Рефераты

Проблемы применения мер поощрения и дисциплинарного взыскания в отношении осужденных к лишению свободы

p align="left">Не являются поощрительными, на наш взгляд, и нормы, предоставляющие льготы отдельным категориям осужденных. Например, осужденные женщины и лица, содержащиеся в воспитательных колониях, имеют право получать посылки, передачи и бандероли без ограничения (п. "а" ч. 1 ст. 90 УИК РФ); осужденным, содержащимся в воспитательных колониях, а также осужденным, являющимся инвалидами первой или второй группы, питание, одежда, коммунально-бытовые услуги и индивидуальные средства гигиены предоставляются бесплатно (ч. 5 ст. 99 УИК РФ) и т.д.

Льготы - это какие-либо преимущества, предоставляемые отдельным категориям граждан, в силу прошлых заслуг (ветераны войны) или в целях социальной поддержки (инвалиды). По объективному содержанию льгота может ничем не отличаться от поощрения - это тоже устранение обременения или предоставление блага. Принципиальное же отличие состоит в том, что, во-первых, предоставление льгот никак не связано с поведением субъекта. Во-вторых, льготы предоставляются законом, а не постановлением начальника учреждения, и осужденного льгот лишить нельзя. Иными словами, льгота - это субъективное право осужденного, и он вправе требовать ее предоставления. Где есть субъективное право, там нет поощрения; где есть поощрение, там нет субъективного права, а есть законный интерес.

Более сложным является вопрос о природе таких институтов, как передвижение осужденных к лишению свободы без конвоя или сопровождения (ст. 96 УИК РФ) и краткосрочные выезды осужденных к лишению свободы за пределы исправительных учреждений (ст. 97 УИК РФ). С одной стороны, основания их применения никак не связаны с поведением осужденного: это производственная необходимость, обусловленная характером выполняемой работы (для передвижения без конвоя), или стихийное бедствие, наличие у осужденной ребенка-инвалида (для краткосрочных выездов). С другой стороны, при их применении обязательно учитывается поведение осужденного. Соответствующее условие в норме формулируется либо прямо (разрешение на передвижение без конвоя дается только положительно характеризующимся осужденным - ч. 1 ст. 96 УИК РФ), либо косвенно (разрешение на краткосрочный выезд дается начальником исправительного учреждения с учетом личности и поведения осужденного - ч. 6 ст. 97 УИК РФ). А.С. Михлин предлагает называть их институтами со смешанной правовой природой[44].

Другим обязательным признаком поощрительной нормы является предусмотренность в ней определенного поощрения за одобряемое поведение. Поэтому вряд ли можно считать поощрительной норму ч. 2 ст. 111 УИК РФ - участие осужденных в работе самодеятельных организаций поощряется и учитывается при определении степени их исправления (и аналогичные нормы ч. 3 ст. 108, ч. 2 ст. 109 УИК РФ). Скорее это норма-декларация, которая не может быть реализована (применена) самостоятельно, без поощрительной нормы ч. 1 ст. 113 УИК РФ - "за активное участие в работе самодеятельных организаций к осужденным к лишению свободы могут применяться следующие меры поощрения". К особенностям поощрительных норм можно отнести и то, что они реализуются не в непосредственных формах (соблюдение, исполнение, использование), а в форме применения нормы права.

Таким образом, следует различать понятия "мера поощрения" и "поощрение, предусмотренное поощрительной нормой (институтом)". Первое понятие более узкое и имеет несколько отличительных признаков. Перечень мер поощрения является исчерпывающим: для лишенных свободы, например, он установлен в ч. 1 и 2 ст. 113 и ст. 134 УИК РФ. Меры поощрения не изменяют правовое положение осужденного, а их применение является исключительной прерогативой администрации исправительных учреждений. Порядок применения только мер поощрения регламентируется в Уголовно-исполнительном кодексе РФ (ст. 114, 135 УИК РФ).

Представляется ошибочной позиция авторов, которые относят к мерам поощрения замену неотбытой части наказания более мягким видом наказания и помилование[60]. Да, про эти институты говорится в ст. 113 УИК РФ, но они не относятся к мерам поощрения. Институт замены является межотраслевым, включающим нормы уголовного, уголовно-исполнительного и уголовно-процессуального права. Помилование же вообще не относится к числу поощрительных мер, это институт государственного прощения, а не поощрения (как и амнистия)[38].

В связи с тем что теперь ходатайство о помиловании подается не администрацией исправительного учреждения, а с ходатайством обращается сам осужденный (ст. 176 УИК РФ), то ч. 5 ст. 113 УИК РФ вообще следует исключить. Некоторые авторы, напротив, считают законодательным пробелом то, что институт амнистии не закреплен в УИК РФ в качестве поощрительной нормы[54]. На наш взгляд, целесообразно исключить и ч. 3 ст. 113 УИК РФ, содержащую отсылочную норму о применении мер в отношении положительно характеризующихся осужденных. Ведь аналогичная отсылочная норма о применении мер в отношении злостных нарушителей режима, содержащаяся в ч. 4 ст. 115 УИК РФ, уже исключена (46-ФЗ от 9 мая 2005 г.).

Дополнительно осложняет вопрос тот факт, что предоставление одного и того же блага трактуется УИК РФ то как мера поощрения, то как поощрение, предусмотренное поощрительной нормой. Так, увеличение времени прогулки до двух часов в день на срок до одного месяца для осужденных, содержащихся в строгих условиях отбывания наказания в исправительных колониях, является мерой поощрения (п. "з" ч. 1 ст. 113 УИК РФ), а для осужденных, содержащихся в помещениях камерного типа, - нет (п. "в" ч. 2 ст. 118 УИК РФ)[63].

Но нам представляется, что здесь сложность создана искусственно. Дело в том что 75-ФЗ от 11 июня 2003 г. дополнил ст. 114 УИК РФ частью четвертой. "К осужденному, имеющему неснятое или непогашенное взыскание, может быть применено поощрение только в виде досрочного снятия ранее наложенного взыскания". В свое время С.И. Курганов обращал внимание на то, что эта норма носит блокирующий характер, поскольку к осужденным, отбывающим срочное взыскание в виде перевода в помещение камерного типа, не может быть применена ни одна мера поощрения, в том числе и в виде досрочного снятия взыскания (досрочное освобождение из помещения камерного типа возможно только по медицинским показаниям)[34]. Чтобы выйти из этой патовой ситуации, законодатель перенес увеличение времени прогулки для содержащихся в помещениях камерного типа из ч. 1 ст. 113 УИК РФ в ч. 2 ст. 118 УИК РФ (29-ФЗ от 1 апреля 2005 г.). Но это снимает проблему только для лиц, содержащихся в помещениях камерного типа, но никак это не касается осужденных в колониях особого режима, переведенных в одиночные камеры. Необходимо отметить, что в строгих условиях отбывания наказания в исправительных колониях и в тюрьмах содержатся злостные нарушители, имеющие неснятые или непогашенные взыскания. В отношении их ч. 4 ст. 114 УИК РФ не теряет своего блокирующего характера.

2.2 Правовая природа и современное правовое регулирование мер взыскания осужденных к лишению свободы

За нарушение установленного порядка отбывания лишения свободы УИК РФ в ст. 115 предусматривает применение разнообразных взысканий, к их числу относятся:

а) выговор;

б) дисциплинарный штраф в размере до двухсот рублей (только за деяния, перечисленные в ч. 1 ст. 116 УИК РФ);

в) водворение осужденного, содержащегося в исправительных колониях или тюрьмах, в штрафной изолятор на срок до 15 суток;

г) перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, содержащихся в исправительных колониях общего и строгого режима, в помещения камерного типа, а в исправительных колониях особого режима - в одиночные камеры на срок до шести месяцев;

д) перевод осужденных мужчин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в единое помещение камерного типа на срок до одного года;

е) перевод осужденных женщин, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, в помещения камерного типа на срок до трех месяцев;

ж) отмена права проживания вне общежития и запрещения выхода за пределы общежития в свободное от работы время на срок до 30 дней (только для лиц, отбывающих лишение свободы в колониях-поселениях).

К осужденным, отбывающим лишение свободы в колониях-поселениях, не подлежат применению взыскания в виде перевода за злостное нарушение установленного порядка отбывания наказания в помещения камерного типа.

К осужденным, переведенным в помещение камерного типа, могут применяться любые взыскания, кроме перевода в помещения камерного типа.

К осужденным, переведенным в единое помещение камерного типа, могут применяться любые взыскания, кроме перевода в помещения камерного типа и единые помещения камерного типа.

Осужденные женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет в доме ребенка исправительного учреждения, и осужденные женщины, освобожденные от работы по беременности и родам, а также осужденные, являющиеся инвалидами I группы, в штрафной изолятор, помещения камерного типа и единые помещения камерного типа не переводятся.

Взыскание, применяемое к осужденному, должно соответствовать тяжести и характеру нарушения и накладываться с учетом обстоятельств совершения нарушения, личности осужденного и его предыдущего поведения.

Взыскание налагается не позднее 10 суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее трех месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание исполняется немедленно, а в исключительных случаях (при заболевании, завершении не терпящей отлагательства работы, отсутствии мест в штрафных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа, одиночных камерах и т.п.) - не позднее 30 дней со дня его наложения. Запрещается за одно и то же нарушение налагать несколько взысканий. Возмещение причиненного ущерба взысканием не является, поэтому оно может быть применено наряду с наложенным дисциплинарным наказанием.

В устной или письменной форме может объявляться только выговор, остальные взыскания объявляются только в письменном виде - постановлением начальника исправительного учреждения или лица, замещающего его по письменному приказу. Если в течение года со дня отбытия дисциплинарного взыскания осужденный не будет подвергнут новому взысканию, он считается не имеющим взыскания.

Правовой статус осужденного характеризуется и его положением во время содержания в штрафном изоляторе (несовершеннолетних - в дисциплинарном изоляторе), помещении камерного типа, едином помещении камерного типа и одиночной камере (ст. 118 УИК РФ)[61].

Осужденным к лишению свободы, водворенным в штрафной изолятор, запрещаются свидания, телефонные переговоры, приобретение продуктов питания, получение посылок, передач и бандеролей. Они имеют право пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью один час.

Осужденные, переведенные в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа или одиночные камеры в порядке взыскания, пользуются правом: ежемесячно расходовать на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости средства, имеющиеся на их лицевых счетах, в размере 50% установленного законом минимального размера оплаты труда; получать в течение шести месяцев одну посылку или передачу, одну бандероль; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью полтора часа; иметь право на увеличение времени прогулки до двух часов в день на срок до одного месяца по постановлению начальника исправительного учреждения при условиях отсутствия нарушений установленного порядка отбытия наказания; иметь одно краткосрочное свидание с разрешения администрации исправительного учреждения.

Лица, водворенные в штрафной изолятор, переведенные в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа или одиночные камеры, работают отдельно от других осужденных. К указанной категории осужденных по их просьбе приглашаются священнослужители, принадлежащие к зарегистрированным в установленном порядке религиозным объединениям, по выбору осужденных.

Примечательно, что, в ст. 115 Уголовно-исполнительного кодекса РФ ("Меры взыскания, применяемые к осужденным к лишению свободы") законодатель постарался обойтись без употребления слова "дисциплинарный", которое встречается в названной статье лишь единожды. Это лишний раз свидетельствует, что ответственность осужденных, связанная с особенностями их правового статуса, намного ближе к административной, нежели к дисциплинарной ответственности в смысле Трудового кодекса РФ[5].

Отметим, что среди взысканий, применяемых как к осужденным к лишению свободы, так и к военнослужащим, находится краткосрочное содержание под стражей в специальном учреждении (гауптвахта - у военнослужащих, штрафной изолятор - у осужденных). По существу данная мера наказания ближе всего к административному аресту, предусмотренному Кодексом РФ об административных правонарушениях[4], а от ареста в смысле ст. 54 УК РФ 1996 г. отличается только по срокам и особенностям режима содержания. Интерес автора к этому моменту неслучаен. Проанализируем следующую практическую ситуацию.

Осужденная Ж., содержащаяся в исправительной колонии на территории Хабаровского края, предъявила претензии к осужденной П., содержавшейся в этом же учреждении, по поводу неэтичного, по ее мнению, поведения последней. В результате между осужденными возникли личные неприязненные отношения, перешедшие в ссору и потасовку, в ходе которой Ж. нанесла побои П.

Постановлением начальника учреждения на Ж. было наложено взыскание в виде водворения в штрафной изолятор сроком на 10 суток. После проверки, проведенной по факту потасовки между осужденными, было возбуждено уголовное дело, и Ж. привлечена к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 213 УК РФ.

Не следует в выпускной квалификационной работе оценивать правомерность квалификации действий осужденной по ст. 213 УК РФ[3], поскольку это приведет к отклонению от темы. Сконцентрируем внимание на другом факте: до принятия решения о возбуждении уголовного дела на осужденную было наложено взыскание, которое она полностью отбыла. Сущность взыскания по форме и содержанию близка к уголовному наказанию, как уже отмечалось выше, она состоит в ограничении личной свободы человека, хотя и на краткий срок. Решение о наложении данного взыскания принял орган, наделенный не только правом налагать на осужденных взыскания в порядке, предусмотренном Уголовно-исполнительным кодексом РФ, но и полномочиями по ведению оперативно-розыскной деятельности, а также функциями органа дознания.

Иными словами, администрация учреждения, исполняющего наказание, имела все возможности сразу определиться с видом ответственности, к которой следует привлекать гражданку Ж. В исследуемом деле, однако, этого сделано не было. В результате возникла ситуация, в которой одно и то же лицо за одно и то же правонарушение понесло сначала административное, а затем и уголовное наказание. Это все равно что уличного дебошира, нарушающего покой мирных граждан, милиция сначала бы "оформила" в рамках административного производства, а потом "передумала" и возбудила уголовное дело по факту тех же самых действий, не добавляя ничего нового[19]. Следовательно, поскольку орган, на который законом возложена обязанность по принятию решений, не только не может определиться с видом ответственности, но и возбуждает два разных процессуальных производства по одному и тому же факту и с одними и теми же фигурантами.

Ст. 116 УИК РФ имеет показательную оговорку, имеющую отношение к теме наших рассуждений. Часть первая данной статьи указывает считать злостным нарушением "...неповиновение представителям администрации исправительного учреждения или их оскорбление при отсутствии признаков преступления...".

Законодатель при принятии Уголовно-исполнительного кодекса РФ, понимал, что при наличии признаков преступления должны следовать меры уголовно-процессуального принуждения (например, арест в смысле ст. 108 УПК РФ) и дальнейшее наказание, предусмотренное уголовным законодательством. Однако в самом уголовно-исполнительном законе не было сделано прямое указание, что административные (в терминологии Уголовно-исполнительного кодекса - дисциплинарные) взыскания при этом не применяются. Отсутствие такового прямого указания и влечет за собой практическое применение закона в том стиле, который характерен для приведенного примера. Не стоит беспокоиться о том, что эта ситуация - лазейка для избегания преступниками ответственности за содеянное. Как раз наоборот, практически она может возникать главным образом в ситуациях, связанных с разбором довольно незначительных правонарушений и влечет дублирование ответственности лиц с относительно невысокой общественной опасностью.

2.3 Сравнение норм дисциплинарных взысканий в уголовно-исполнительном и трудовом праве

Нарушения законности в исправительных учреждениях большинство сотрудников уголовно-исполнительной системы связывают с недостаточным финансированием, не позволяющим привести условия отбывания наказания в соответствие с международными нормами. Следствие нарушений - множество жалоб осужденных в различные инстанции. По вопросам трудоиспользования жалоб практически нет.

Дисциплина труда - обязательное для всех подчинение правилам поведения на работе. В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений. Но правил внутреннего трудового распорядка в исправительных учреждениях обычно нет, несмотря на то, что в § 6 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений указано, что начальниками исправительных учреждений с учетом условий труда устанавливается порядок поведения осужденных на производственных объектах.

Поощрения за добросовестное отношение к труду предусмотрены ст. 191 ТК и ст. 113 УИК РФ. Одинаковыми видами поощрения являются: благодарность, премия, награждение подарком. УИК РФ содержит специфические виды поощрений, связанные с облегчением условий отбывания наказания, например, предоставление дополнительного свидания.

Взыскания, налагаемые на осужденных, специфичны. Существуют особенности и в порядке наложения взысканий. Трудовой кодекс РФ в ст. 193 РФ устанавливает, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель обязан затребовать от работника объяснения в письменной форме[5]. Статья 117 УИК РФ до ноября 2004 г. такого положения не содержала, но теперь перед наложением дисциплинарного взыскания осужденному дается право дать объяснение.

Правом налагать меры взыскания на осужденных к лишению свободы обладает начальник учреждения, исполняющего наказание в виде лишения свободы, в соответствии с нормами уголовно-исполнительного законодательства.

Одинаковым видом дисциплинарного взыскания в трудовом и уголовно-исполнительном законодательстве будет только выговор. Остальные виды взысканий, налагаемых на осужденных, специфичны, используются только на основании норм уголовно-исполнительного законодательства (ст. 115 УИК РФ). Это штраф до двухсот рублей, водворение в штрафной изолятор на срок до 15 суток, перевод в помещение камерного типа или единое помещение камерного типа, одиночную камеру. Такие меры трудовым законодательством не предусмотрены.

Дисциплинарная ответственность за совершение дисциплинарного проступка при исполнении трудовых обязанностей осужденным-работником должна быть отграничена от мер взыскания за нарушение режима содержания в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством. Причиной неправомерного привлечения осужденных к лишению свободы за дисциплинарный проступок к ответственности по нормам уголовно-исполнительного права является то, что в настоящее время на законодательном уровне не учтены особенности привлечения таких осужденных к труду.

В течение какого срока работодатель может применить дисциплинарное взыскание? Трудовой кодекс содержит худшее для работника условие, чем УИК РФ. В соответствии с ТК РФ дисциплинарное взыскание может быть применено не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка. УИК РФ устанавливает срок в десять дней, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее трех месяцев со дня совершения нарушения.

По мнению А.С. Губенко, следует отграничивать дисциплинарную ответственность за нарушение трудового законодательства от ответственности за нарушение норм уголовно-исполнительного законодательства[22]. При наложении взысканий за совершение дисциплинарных проступков работником-осужденным следует руководствоваться ТК РФ, а при нарушении осужденным режима отбывания наказания - УИК РФ.

Что касается снятия взыскания, то ТК РФ и УИК РФ содержат одинаковые положения: если в течение года со дня применения взыскания работник не будет подвергнут новому взысканию, он считается не имеющим его.

В соответствии со ст. 1 ТК РФ, одна из основных задач трудового законодательства - создание необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, интересов государства, а также правовое регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений по материальной ответственности работодателей и работников в сфере труда.

Положения о материальной ответственности осужденных к лишению свободы изложены в ст. 102 УИК РФ. В случае причинения во время отбывания наказания материального ущерба государству или физическим и юридическим лицам осужденные к лишению свободы несут материальную ответственность: за ущерб, причиненный при исполнении ими трудовых обязанностей, - в размерах, предусмотренных законодательством РФ о труде.

Кроме этого, ч. 3 ст. 102 УИК РФ регламентирует, что неправильно удержанные суммы за причиненный материальный ущерб подлежат возврату осужденному.

УИК РФ не содержит правил взыскания материального ущерба, указывая только сумму, нет в нем и отсылочных норм. Так как речь идет о материальном ущербе, причиненном при исполнении осужденными трудовых обязанностей, следует руководствоваться нормами ТК РФ.

При решении вопроса о материальной ответственности нередки случаи игнорирования норм трудового права администрацией исправительных учреждений. Не соблюдается порядок ознакомления работников-осужденных с приказами начальника исправительного учреждения о привлечении к материальной ответственности.

Подводя итог вышеизложенному, можно сделать вывод о том, что виды поощрений и взысканий, применяемых к работникам-осужденным, различны в ТК РФ и УИК РФ. Вследствие того, что начальник исправительного учреждения, как правило, сочетает в себе роли и основного субъекта трудового правоотношения, выступая от имени работодателя - исправительного учреждения, и субъекта уголовно-исполнительного отношения, нередко происходит подмена дисциплинарной ответственности по трудовому законодательству ответственностью за нарушение режима содержания в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством и наоборот.

3. Проблемы правового регулирования института применения мер поощрения и дисциплинарного взыскания к осужденным к лишению свободы и пути их решения

3.1 Проблема дифференциации мер поощрения и дисциплинарных взысканий к осужденным к лишению свободы

Одним из основополагающих принципов в уголовно-исполнительном праве является принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний. От его претворения в правоприменительной деятельности зависит возможность достижения целей, поставленных перед уголовным наказанием.

Принципы уголовно-исполнительного права, и в частности принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, представляют центральные положения, на которых должна строиться и действовать система исполнения наказания. Однако, по мнению И.Н.Павлова в отличие от уголовного права в уголовно-исполнительном праве содержание принципов не раскрыто[47].

В научной и учебной литературе выражены такие подходы к принципу дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний: "принцип справедливости (ст. 6 УК РФ) выражен как принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний"[62], "принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний включает рациональное применение мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирование их правопослушного поведения как следствие дифференциации и индивидуализации самих осужденных"[63], "нормы о распределении осужденных по видам исправительных учреждений, о разных условиях отбывания наказания в исправительных колониях"[60], "производные от такого принципа уголовного права, как дифференциация и индивидуализация ответственности (ст. 6 УК РФ)"[] и т.д.

Принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний в основном трактуется этими исследователями как производный от принципа справедливости ответственности и наказания. Содержание принципа дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний видится авторам в следующем: "Дифференциация исполнения наказания означает, что к различным категориям осужденных в зависимости от тяжести совершенных ими преступлений, прошлой преступной деятельности, формы вины, поведения в процессе отбывания наказания применяется принудительное воздействие и ограничение в правах в различных объемах. Один из методов дифференциации исполнения наказания - классификация осужденных и распределение их по видам исправительных учреждений"[61]. Зубарев С.М. рассматривает дифференциацию и индивидуализацию исполнения наказаний "как единый, взаимообусловленный и взаимосвязанный процесс, который позволяет скорректировать исправительное воздействие в зависимости от групповых и индивидуальных признаков осужденных"[59]. Данная позиция наиболее полно отражает концептуальную линию исправительного воздействия, особенно в части корректировки средств исправления на осужденных. Однако далее С.М. Зубарев продолжает, что "дифференциация осужденных предполагает распределение их по группам в процессе отбывания наказания, прежде всего по уголовно-правовым и уголовно-исполнительным основаниям"[59]. Как видим, авторы "объединяют в одном понятии два различных явления, хотя объективно различаются уголовно-правовая и уголовно-исполнительная дифференциация, обусловленные в значительной мере их задачами, способами реализации, субъектами правоотношений"[36]. Сходной позиции придерживается и М.П. Мелентьев: "Классификация осужденных к лишению свободы и их раздельное содержание должны основываться не на уголовно-правовой характеристике виновных, а в основном на пенитенциарных и психолого-педагогических признаках, ибо целью исполнения наказания является ресоциализация осужденных"[40].

И как следствие - вопрос "содержания принципов уголовно-исполнительного законодательства" отдан на откуп доктринальному толкованию ст. 8 УИК РФ[66], которое дает неограниченную свободу субъективному мнению того или иного исследователя.

В настоящее же время принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказания предполагает, что к различным категориям осужденных в зависимости от характера совершенных ими преступлений и степени общественной опасности, прошлой преступной деятельности следует применять различный объем карательного воздействия, правоограничений, а воспитательная работа с ними должна строиться с учетом типологических особенностей их личности, возраста, пола и иных психолого-педагогических особенностей. И прежде всего это относится к осужденным к лишению свободы.

Как известно, осужденные к лишению свободы разделяются на относительно однородные категории (ст. 80 УИК РФ), а отбывание ими наказания организуется в исправительных учреждениях различного вида (ст. 74 УИК РФ). Кроме того, в пределах одной колонии осужденные к лишению свободы могут находиться в обычных, облегченных и строгих условиях отбывания наказания (ст. 87 УИК РФ), предусмотренных видом режима данной колонии, что дает возможность применять к ним различный объем правоограничений. По степени социально-нравственной запущенности осужденные подразделяются на нарушителей, злостных нарушителей режима. По степени исправления они разделяются на положительно характеризующихся и не нуждающихся для своего исправления в полном отбывании наказания.

Дифференциация исправительного воздействия в отношении различных категорий осужденных может осуществляться в пределах вида исправительного учреждения, как без изоляции, так и путем изоляции. Например, за злостные нарушения режима осужденные могут переводиться в строгие условия отбывания (ч. 3 ст. 120, ч. 3 ст. 122 УИК РФ и др.) или в помещения камерного типа (п. "г" ч. 1 ст. 115 УИК РФ), где они содержатся изолированно от других осужденных, отбывающих наказание в данной колонии.

На первый взгляд кажется, что перевод осужденных из одних условий содержания в другие позволяет обеспечить дифференцированный подход к осужденным, стимулировать их исправление в процессе отбывания наказания. Однако недостаточная регламентация принципа дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний негативно сказывается как на уголовно-исполнительном законодательстве, так и на правоприменительной деятельности.

Рассмотрим несколько примеров.

Части 2 статей 120, 122, 124 УИК РФ предусматривают, что при отсутствии взысканий за нарушения установленного порядка отбывания наказания и добросовестном отношении к труду по отбытию, в зависимости от вида режима, определенного срока наказания, осужденные могут быть переведены в облегченные условия. И здесь принцип дифференциации и индивидуализации исполнения наказания соприкасается с правовым положением осужденного, а именно - с одной из групп законных интересов осужденных, направленных на получение поощрения, возможность которого закреплена в поощрительных нормах уголовно-исполнительного права (предоставления облегченных условий отбывания лишения свободы). Оставим за рамками данной статьи, не позволяя увлечься, рассмотрение разных трактовок понятия "законные интересы осужденных"[62].

Перевод осужденных в более благоприятные условия содержания согласно указанным статьям возможен при определенных условиях. Однако формулировки "при добросовестном отношении к труду" и "могут быть переведены" вызывают определенное сомнение. Во-первых, в настоящее время не всех осужденных к лишению свободы администрация учреждений может трудоустроить. Во-вторых, формулировка "могут быть переведены" предполагает определенные моменты субъективного отношения администрации учреждений к осужденному, в связи с чем законный интерес осужденного на перевод в более облегченные условия содержания может остаться лишь виртуальным. В-третьих, сам факт соблюдения осужденным режима содержания уголовно-исполнительным законодательством не рассматривается достаточным основанием для перевода в улучшенные условия содержания. Указанные положения не в полной мере отражают дифференцированный подход к условиям отбывания наказания, а главное - безусловного соблюдения прав осужденного. Переход осужденного в улучшенные условия содержания при отсутствии взысканий должен быть безусловным правом осужденного, которое будет и должно стимулировать правопослушное поведение осужденных. Безусловное право осужденного на перевод из строгих условий содержания в обычные при отсутствии взысканий, правда, не ранее определенного времени, закрепляется ч. 5 ст. 120, ч. 6 ст. 122, ч. 6 ст. 124 УИК РФ. И здесь наблюдается определенной парадокс: соблюдение осужденным режима содержания в строгих условиях является достаточным для перевода в улучшенные условия содержания, а из обычных условий в облегченные - нет. И такая неопределенность перевода из одних условий в другие, особенно в улучшенные условия содержания, не порождает, как правило, интереса у осужденных к правопослушному поведению. Тем более что правовое регулирование изменения условий отбывания не предусматривает досрочного их улучшения, в том числе и перевод со строгих условий в обычные.

Такая ситуация неопределенности возникает из-за того, что законодатель в ч. 3 ст. 113 УИК РФ наряду с мерами поощрения в числе "иных мер" указывает на возможности применения положений ст. 87 УИК РФ, не дифференцируя их по положительному и негативному признаку. Тем самым, относя их к разряду поощрительных норм, не ставит знака равенства между институтами применения мер поощрения и изменения условий отбывания лишения свободы[72].

Ситуация законодательной неопределенности возникает и при переводе осужденного в помещение камерного типа. Являясь мерой взыскания, согласно п. "г" ч. 1 ст. 115 УИК РФ перевод осужденных к лишению свободы в помещение камерного типа выполняет по своей сути перевод осужденного в тюрьму, так как там и там камеры, а характер правоограничений еще более суров. Возникает вопрос: почему перевод осужденных в строгие условия содержания происходит комиссионно, а перевод в помещение камерного типа - нет, и какую роль выполняет помещение камерного типа - взыскания или условий содержания? Поглощает ли срок дисциплинарного взыскания срок пребывания осужденного в более строгих условиях содержания? Из анализа указанных статей видно, что пока в правоприменительной практике возникают только вопросы, на которые ответа законодатель не дает.

Таким образом, становится очевидным, что уголовно-исполнительное законодательство не раскрывает полностью и понятие "злостный нарушитель режима" и четко не определяет критерии и правовые последствия отнесения осужденного к данной категории. Следовательно, при достижении одной и той же степени исправления могут наступать различные правовые последствия. Так, одного злостного нарушителя режима за очередное злостное нарушение водворят в помещение камерного типа, а другого в тюрьму[68].

Анализируя мнения В.С. Яковлева, Б.З. Маликова, Н.Б. Маликовой, наиболее приемлемым вариантом выхода из данной ситуации можно считать:

- исполнять сначала дисциплинарное взыскание, а затем содержание осужденных в условиях, определенных комиссией исправительного учреждения при признании осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания[72];

- на основании материалов, характеризующих осужденного в период применения к нему дисциплинарного взыскания, комиссионно подтверждать или не подтверждать признание его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания; если осужденный остается таковым, то он должен быть переведен в соответствующие более строгие по сравнению с первоначальными условиями отбывания наказания[67];

- содержание осужденных к лишению свободы в помещениях камерного типа и единых помещениях камерного типа сделать условиями содержания, с необходимыми правоограничениями.

3.2 Проблема меры поощрения как субъективного права осужденного

Одним из самых дискуссионных в теории является вопрос о том, можно ли поощрение рассматривать как субъективное право осужденного. Активно точку зрения о праве осужденных на поощрение отстаивает А.Ф. Сизый[53]. Но многие ученые придерживаются позиции, что в одних поощрительных нормах (их меньшинство) закреплено право осужденных на поощрение, в других - нет[56]. Ни одна поощрительная норма действующего уголовно-исполнительного законодательства не предоставляет осужденному право на поощрение, и следовательно, он не наделяется правом требовать такового.

В поощрительных нормах используются не императивные формулировки, а словосочетания: "могут применяться", "могут быть применены". По мнению Ю.Д. Соловьева, это отнюдь не означает, что не может быть, а точнее, не должно быть поощрительных норм, закрепляющих обязанности органа, исполняющего наказание, назначить осужденному за желаемый вариант поведения меру поощрения[55]. Необходимо придать некоторым поощрительным нормам обязательный характер. Например, поощрениям для осужденных, перевыполняющих нормы выработки или образцово выполняющих установленные задания на тяжелых работах, а также на работах с вредными или опасными условиями труда, в виде повышения размера средств, разрешенных для расходования (ч. 4 ст. 88 УИК РФ), и увеличения продолжительности ежегодного оплачиваемого отпуска (ч. 5 ст. 104 УИК РФ). Но это следует рассматривать скорее как исключение, имеющее обоснование опять же в исключительности условий.

Анализируя структуру процесса реализации поощрительной нормы, видно, что он полностью совпадает с процессом реализации законного интереса. Для получения поощрения необходимы следующие условия: а) у осужденного наличествует стремление к обладанию благом (получить поощрение), т.е. он прислушался к призыву поощрительной нормы; б) осужденный совершил действия, предусмотренные диспозицией (гипотезой) поощрительной нормы; в) администрация исправительного учреждения оценила поведение осужденного как соответствующее диспозиции (гипотезе) нормы; г) на основании этой оценки (положительной) администрация принимает решение о поощрении.

Ключевым моментом в данном случае является то, что реальным основанием применения нормы является не само поведение осужденного, а его оценка (точнее, результат оценки) правоприменителем. Это, безусловно, может порождать субъективизм, тем более что формулировки поощрительных норм весьма неконкретизированы - "положительно характеризующийся осужденный", "не нуждающийся для своего исправления в полном отбывании наказания" и т.д.

На это обращают внимание многие авторы и предлагают сделать основания применения поощрительных норм четко формализованными и конкретно определенными[44]. Так, А.Ф. Сизый предлагает по аналогии с составом преступления ввести понятие состава правопослушного поведения осужденных, с теми же элементами - объект, субъект, объективная сторона, субъективная сторона[54].

Таким образом, проблема неопределенности оснований применения поощрительных норм существует. Но полностью преодолеть оценочный характер поощрительных норм вряд ли возможно. Как справедливо подчеркивает А.С. Михлин, поощрения применяются, как правило, не за единичные поступки, а за положительное поведение в течение определенного промежутка времени[44]. Поведение осужденного оценивается на основе поступков (действий), но именно оценивается. Идея формализовать основания поощрительных норм до уровня конкретного действия (перевыполнил план на 10% - премия; участвовал в выпуске стенгазеты - благодарность) и тем самым придать поощрительным нормам обязательный характер представляется нам утопичной. Как и идея создания некоего поощрительного кодекса, где будут закреплены основания и условия применения поощрений и конкретные составы правопослушного поведения осужденных[35].

Более реалистичным и плодотворным представляется другое направление - разработка (с участием педагогов, психологов, социологов) эмпирических показателей, позволяющих операционализировать такие оценочные понятия, как "хорошее поведение", "добросовестное отношение", "активное участие" и т.д. Тем более что работа в этом направлении имеет положительные результаты и востребована практикой. Но даже если и будет разработана адекватная система таких показателей, они могут иметь только рекомендательный характер.

Заключение

Одним из средств обеспечения режима является дисциплинарное воздействие (поощрения и взыскания), что одновременно есть средство стимулирования правопослушного поведения осужденных.

Основанием применения мер поощрения являются хорошее поведение, добросовестное отношение к труду и обучению, активное участие в работе самодеятельных организаций и проводимых воспитательных мероприятиях (ст. ст. 113, 134 УИК РФ). Для применения поощрения достаточно одного из этих оснований.

В действующем Уголовно-исполнительном кодексе РФ содержится ряд статей, посвященных мерам поощрения. Так, в статьях 45, 57, 71, 113, 134, 153, 167 УИК РФ определяются конкретные виды поощрений для различных категорий осужденных: сокращение объема запретов, благодарность, денежная премия, награждение подарком, разрешение на получение дополнительной посылки или передачи, разрешение на дополнительный телефонный разговор, увеличение времени прогулки, досрочное снятие ранее наложенного взыскания и др. Статьи 59, 114, 169 УИК РФ определяют порядок применения мер поощрения к различным категориям осужденных, а статьи 54, 119, 138 УИК РФ - должностных лиц, имеющих право применять меры поощрения. В ст. 175 УИК РФ предусматривается, что в представлении об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания должны содержаться данные, характеризующие личность осужденного, а также его поведение, отношение к учебе и труду во время отбывания наказания, отношение осужденного к совершенному деянию.

Что касается проблем правового регулирования института применения мер поощрения и дисциплинарного взыскания к осужденным к лишению свободы, отметим следующее:

1) следует различать понятия "мера поощрения" и "поощрение, предусмотренное поощрительной нормой (институтом)". Первое понятие более узкое и имеет несколько отличительных признаков. Перечень мер поощрения является исчерпывающим: для лишенных свободы, например, он установлен в ч. 1 и 2 ст. 113 и ст. 134 УИК РФ. Меры поощрения не изменяют правовое положение осужденного, а их применение является исключительной прерогативой администрации исправительных учреждений. Порядок применения только мер поощрения регламентируется в Уголовно-исполнительном кодексе РФ (ст. 114, 135 УИК РФ).

Представляется ошибочной позиция авторов, которые относят к мерам поощрения замену неотбытой части наказания более мягким видом наказания и помилование. Да, про эти институты говорится в ст. 113 УИК РФ, но они не относятся к мерам поощрения. Институт замены является межотраслевым, включающим нормы уголовного, уголовно-исполнительного и уголовно-процессуального права. Помилование же вообще не относится к числу поощрительных мер, это институт государственного прощения, а не поощрения (как и амнистия).

2) переход осужденного в улучшенные условия содержания при отсутствии взысканий должен быть безусловным правом осужденного, которое будет и должно стимулировать правопослушное поведение осужденных. Безусловное право осужденного на перевод из строгих условий содержания в обычные при отсутствии взысканий, правда, не ранее определенного времени, закрепляется ч. 5 ст. 120, ч. 6 ст. 122, ч. 6 ст. 124 УИК РФ. И здесь наблюдается определенной парадокс: соблюдение осужденным режима содержания в строгих условиях является достаточным для перевода в улучшенные условия содержания, а из обычных условий в облегченные - нет. И такая неопределенность перевода из одних условий в другие, особенно в улучшенные условия содержания, не порождает, как правило, интереса у осужденных к правопослушному поведению. Тем более что правовое регулирование изменения условий отбывания не предусматривает досрочного их улучшения, в том числе и перевод со строгих условий в обычные.

Такая ситуация неопределенности возникает из-за того, что законодатель в ч. 3 ст. 113 УИК РФ наряду с мерами поощрения в числе "иных мер" указывает на возможности применения положений ст. 87 УИК РФ, не дифференцируя их по положительному и негативному признаку. Тем самым, относя их к разряду поощрительных норм, не ставит знака равенства между институтами применения мер поощрения и изменения условий отбывания лишения свободы.

3) одним из самых дискуссионных в теории является вопрос о том, можно ли поощрение рассматривать как субъективное право осужденного. Поведение осужденного оценивается на основе поступков (действий). Более реалистичным и плодотворным нам представляется направление разработки (с участием педагогов, психологов, социологов) эмпирических показателей, позволяющих операционализировать такие оценочные понятия, как "хорошее поведение", "добросовестное отношение", "активное участие" и т.д.

Список использованных источников

Нормативно-правовые акты

1. Европейские правила тюремного заключения // Международное сотрудничество в области прав человека. Документы и материалы. - М.: Международные отношения, 1993. - С. 32 - 50.

2. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ) // Российская газета. - 2009. - 29 января

3. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 19.07.2009, с изм. от 24.07.2009) (с изм. и доп., вступившими в силу с 21.10.2009) // Российская газета. - 2001. - 31 декабря.

4. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ (принят ГД ФС РФ 21.12.2001) (ред. от 17.07.2009) // Собрание законодательства РФ. - 2002. - № 1(ч. 1). - ст. 3.

5. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации от 08.01.1997 № 1-ФЗ (принят ГД ФС РФ 18.12.1996) (ред. от 19.07.2009) // Российская газета. - 1997. - 16 января

6. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (принят ГД ФС РФ 24.05.1996) (ред. от 30.10.2009) // Российская газета. - 1996. - 18 июня.

7. Федеральный конституционный закон от 31.12.1996 № 1-ФКЗ (ред. от 05.04.2005) "О судебной системе Российской Федерации" (одобрен СФ ФС РФ 26.12.1996) // Российская газета. - 1997. - 6 января

8. Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ (ред. от 27.09.2009) "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (принят ГД ФС РФ 21.06.1995) // Российская газета. - 1995. - 20 июля

9. Федеральный закон от 09.03.2001 № 25-ФЗ (ред. от 08.12.2003) "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 21.02.2001) // Российская газета. - 2001. - 14 марта

10. Федеральный закон от 08.12.2003 № 161-ФЗ (ред. от 03.06.2009) "О приведении Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и других законодательных актов в соответствие с Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 21.11.2003) // Парламентская газета. - 2003. - 11 декабря.

11. Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 162 "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" Принят Государственной Думой 21 ноября 2003 // Собрание законодательства РФ. - 2003. - № 28. - ст. 288..

12. Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. - 1993. - 16 августа.

13. Закон РФ от 21.07.1993 № 5473-1 (ред. от 27.09.2009) "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" // Ведомости СНД и ВС РФ. - 1993. - 19 августа.

14. Положение об отряде осужденных исправительного учреждения: утв. Приказом Минюста России от 30 декабря 2005 г. № 259: [в ред. Приказа Минюста РФ от 06 июня 2006 г. № 206] // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. - 2006. - № 10.

15. Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений утвержденные Приказом Минюста РФ от 3 ноября 2005 г. № 205 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. - 2005. - № 47.

16. Пленум Верховного суда Российской Федерации. Постановление от 21 апреля 2009 г. № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» // Бюллетень ВС РФ. - 2009. - № 9. - С. 02 - 04.

Учебно-научная и периодическая литература

17. Антонян Ю.М., Квашис В.Е., Михлин А.С., Байдаков, Г.П. Наказание и исправление преступников: пособие / под ред. Ю.М. Антоняна. - М. 1992. - 388 с.

18. Бабаян С. Проблемы применения мер поощрения и взыскания / С. Бабаян // Преступление и наказание. - 2007. - № 6. - С. 11 - 13.

19. Бубон К.В. О российской системе и практике применения наказаний в качестве мер юридической ответственности // Адвокат. - 2009. - № 4. - С. 56

20. Васильев А.И., Маслихин А.В., Мурзин Д.М. Конституция СССР и вопросы законодательного регулирования правового положения осужденных к лишению свободы: Учебное пособие. - Рязань: НИиРИО РВШ МВД СССР, 1980. - 62с.

21. Второй международный конгресс. - СПб, 2006. - 200 с.

22. Губенко А.С. Дисциплина труда и материальная ответственность лиц, осужденных к лишению свободы // Законность. - 2006. - № 12. - С. 68.

23. Гернет М.Н. История царской тюрьмы: в 5 т. / М.Н. Гернет. - М.: Госюриздат, 1952. - 255с.

24. Глоточкин А.Д. Психические состояния человека, лишенного свободы / А.Д. Глоточкин. - М.: Высшая школа МВД СССР, 1968. - 44 с.

25. Глоточкин А.Д., Пирожков В.Ф. Исправительно-трудовая психология: Учебник / под ред. К.К. Платонова. - М.: Академия МВД СССР, 1974. - 426 с.

26. Дементьев А.И. Лишение свободы: уголовно-правовые и исправительно-трудовые аспекты / А.И. Дементьев. - Ростов н/Дону, 1981. - 206 с.

27. Детков М.Г. Содержание пенитенциарной политики Российского государства и ее реализация в системе исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы в период 1917-1930 годов: Монография. - М.: Изд-во РИПК работников ОВД, 1992. - 192 с.

28. Елеонский В.А. Поощрительные нормы уголовного права. -Хабаровск, 2007. - 500 с.

29. Евтушенко И.И. Условно-досрочное освобождение осужденных к лишению свободы и их ресоциализация: Монография / И.И. Евтушенко. - Волгоград: ВолгГТУ, 2005. - 174 с.

30. Журавлев М.П. Правонарушения осужденных к лишению свободы и меры дисциплинарной ответственности / М.П. Журавлев, Г.А. Аванесов, В.Е. Квашис и др. - М.: ВНИИ МВД СССР, 1970. - 185 с.

31. Зубков А.И. Пенитенциарные учреждения в системе Министерства юстиции России: история и современность. - М.: Норма, 1998. - 176 с.

32. Конегер П.Е. Сущность и проблемы правоприменения мер дисциплинарного воздействия на лиц отбывающих наказание в виде лишения свободы / под ред. В.М. Анисимкова. - Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2004. - 184с.

33. Комментарий к Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.И. Зубкова. М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2007. - 154 с.

34. Курганов С.И. К вопросу о противоречиях уголовно-исполнительного законодательства // Судья. - 2007. - № 2. - С. 56.

35. Курганов С.И. О природе поощрительных норм уголовно-исполнительного права // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. - 2008. - № 5. - С. 65.

36. Лесниевски-Костарева Т.А. Дифференциация уголовной ответственности. Теория и законодательная практика. - М., 2008. - 296 с.

37. Малинин Ф.Н. Постановления шести международных тюремных конгрессов (по изд.1904 г.). - СПб., 2008. - 254с.

38. Марогулова И.Л. Амнистия и помилование в российском законодательстве. - М., 1998. - 325с.

39. Мелентьев М.П. Классификация осужденных к лишению свободы и вопросы назначения им вида исправительного учреждения // Российский следователь. - 2008. - № 3. - С. 33

40. Мелентьев М.П. Структура советского исправительно-трудового права. - Рязань, 1981. - 55с.

41. Минязева, Т.Ф. Правовое положение осужденных / Т.Ф. Минязева. - М.: Права человека, 2000. - 212 с.

42. Минязева, Т.Ф. Правой статус личности осужденных в Российской Федерации / Т.Ф. Минязева. - М.: Издательство НОРМА, 2001. - 320 с.

43. Мурзин, Д.М. Развитие исправительно-трудовых колоний как основного вида ИТУ. Лекция / Д.М. Мурзин. - Рязань: Изд-во РВШ МВД СССР, 1978. - 50 с.

44. Михлин А.С. Поощрительные институты и их место в уголовно-исполнительном праве // Реформа уголовно-исполнительной системы и ее правовое обеспечение. - М., 1993. - С. 101 - 104.

45. Никитин В.А. Тюрьма и ссылка. - СПб., 2007. - 32 с.

46. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 72500 слов и 7500 фразеол. выражений / РАН. Ин-т рус. яз.; Российский фонд культуры. - М.: Азъ Ltd, 1992. - 256с.

47. Павлов И.Н. Некоторые аспекты реализации принципа дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний в уголовно-исполнительном праве // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. - 2006. - № 6. - С.45 - 47.

48. Пасек А. Проект о преобразовании тюрем (по изд.1868 г.). - СПб., 2007. - 155 с.

49. Познышев С.В. Основы пенитенциарной политики. - М., 2007. - 93 с.

50. Познышев С.В. Отчет ГТУ за 1909 // Основы пенитенциарной политики (по изд.1923 г.). - М, 2007. - С. 34 - 35.

51. Познышев С.В. Очерки тюрьмоведения (по изд.1915 г.). - М., 2008. - 123с.

52. Селиверстов В.И. Теоретические проблемы правового положения лиц, отбывающих наказание: монография / В.И. Селиверстов. - М.: Академия МВД РФ, 1992. - 150с.

53. Сизый А.Ф. Стимулирующие нормы уголовно-исполнительного права и их применение в процессе формирования правопослушного поведения осужденных. - Чебоксары, 2008. - 145с.

54. Сизый А.Ф. О субъективном праве осужденных на поощрение // Совершенствование законодательства и практики учреждений, исполняющих наказания, на основе Конституции РФ. - М., 2005. - С. 74 - 76.

55. Соловьев Ю.Д. Проблемы совершенствования поощрительных норм исправительно-трудового права // Совершенствование законодательных основ исполнения уголовных наказаний. - М.,1984. - С. 36 - 38.

56. Стручков Н.А. Курс исправительно-трудового права. Проблемы общей части. - М., 1984. - 29 с.

57. Тальберг Д. Исторический очерк тюремной реформы и современные системы европейских тюрем (по изд. 1875 г.). - СПб.: Питер, 2004 - 214 с.

58. Тимофеев В. Г. Уголовно-исполнительная система России: цифры, факты и события: Учебное пособие. - Чебоксары, 1999. - 206 с.

59. Уголовно-исполнительное право / Под ред. С.М. Зубарева. - М., 2005. - 245 с.

60. Уголовно-исполнительное право / С.И. Курганов. - М., 2004. - 120 с.

61. Уголовно-исполнительное право / Под ред. В.И. Селиверстова. - М., 2002. - 502 с.

62. Уголовно-исполнительное право / Под ред. И.В. Шмарова. - М., 2008. - 450 с.

63. Уголовно-исполнительное право России / Под ред. О.В. Филимонова. - М., 2004. -105 с.

64. Уголовно-исполнительное право России: теория, законодательство, международные стандарты, отечественная практика конца XIX - начала XXI века / Под ред. А.И. Зубкова. - 2-е изд., перераб. и доп. - М., 2008. - 306 с.

65. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации. Постатейный научно-практический комментарий / Под общ. ред. А.С. Михлина и В.И. Селиверстова. - М., 2004. - С. 38

66. Угольникова Н.В. Уголовно-исполнительное право Российской Федерации: Курс лекций. - М., 2007. - С. 65

67. Уткин В.А. Роль "тюремных начал" в современной пенитенциарной системе России // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. - М., 2008. - № 3. - С. 20

68. Федореев П. Классификация осужденных по степени исправления // Преступление и наказание. - М., 2007. - № 12. - С. 68

69. Федяев, А.Е. Меры взыскания применяемые в исправительных учреждениях: Учебное пособие / А.Е. Федяев. - Барнаул: Барнаульский юридический институт МВД России. - М., 2004. - С. 123

70. Фойницкий И.Я. На досуге. - СПб., 2007. - С. 325

71. Черданцев А.Ф. Логико-языковые феномены в праве, юридической науке и практике. - Екатеринбург, 1993. - С. 96

72. Яковлев В.С., Маликов Б.З., Маликова Н.Б. Некоторые проблемы правовой природы строгих условий отбывания лишения свободы в исправительной колонии. - М., 2007. - 145с.

Страницы: 1, 2


© 2010 Современные рефераты